+7 (495) 981-19-09 Пн.-Пт. с 10-00 до 18-00
Обратный звонок
Верховный Суд Российской Федерации 01.11.2019 в рамках дела № А65-27205/2017 вынес определение, из которого недвусмысленно следуют очень занимательные выводы.
Дата публикации: 20 ноября 2019

Верховный Суд Российской Федерации 01.11.2019 в рамках дела № А65-27205/2017 вынес определение, из которого недвусмысленно следуют очень занимательные выводы.

Стоимость доли определяется объемом корпоративных прав, а сделки дочернего общества можно оспорить при банкротстве материнского - позиции Верховного Суда РФ от 01.11.2019 г.

Это решение комментирует старший юрист ЮК «Неделько и Партнеры» Артем Синев на портале Закон.Ру

Первого ноября 2019 года Верховный Суд Российской Федерации в рамках дела № А65-27205/2017 вынес определение, из которого недвусмысленно следуют очень занимательные выводы.

Суть спора кратко:

1. Должник (ООО А.) в период процедуры наблюдения совместно с гражданином Т., являющимся  на тот момент в том числе руководителем ООО А., учредил ООО Б.

В уставный капитал ООО Б. были внесены: от ООО А. недвижимое имущество, эквивалентное 99,99 % уставного капитала, и денежные средства от гражданина Т., эквивалентные 00,01% уставного капитала.

В уставе ООО Б. указано, что участники принимают все свои решения единогласно, а кворум для проведения общего собрания — 100 %.

На должность единоличного исполнительного органа ООО Б. назначен гражданин Т.

2. В дальнейшем недвижимое имущество, внесенное в уставный капитал, было передано в аренду ООО В.

3. Арбитражный управляющий Должника обратился в суд с заявлениями о признании недействительными решения о создании ООО Б., сделки по внесению Должником недвижимого имущества  в уставный капитал ООО Б., договора аренды этой недвижимости, заключенного между ООО Б. и ООО В., а также о применении последствий недействительности указанных сделок и решения.

 

Решения судов относительно требования о признании недействительным договора аренды:

Суды первой и апелляционной инстанций, а также суд округа оставили без рассмотрения требование об оспаривании договора аренды, так как при его заключении не участвовал Должник (ООО А.).

Решения судов относительно требований о признании недействительными решения о создании ООО Б., сделки по внесению недвижимости в уставный капитал:

– суды первой и апелляционной инстанции требования удовлетворили, при этом указали, что сделка по внесению Должником вклада в уставный капитал совершена в отношении заинтересованного лица после возбуждения дела о банкротстве Должника, в результате ее исполнения последний получил долю участия в уставном капитале ООО Б. в размере 99,99 процента, стоимость которой существенно ниже стоимости встречного предоставления со стороны должника (ввиду явного несоответствия полученного им объема корпоративных прав внесенному неденежному вкладу), чем причинен ущерб имущественным интересам кредиторов должника;
– суд округа со ссылкой на Постановление Президиума ВАС РФ от 11.03.2014 N 14768/13, отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в этой части, счел, что имущественное положение должника, ставшего участником вновь созданного хозяйственного общества, не зависит от того, какой порядок принятия корпоративных решений закреплен в уставе ООО Б., и по этой причине признал недоказанным факт неравноценности встречных предоставлений. Должник, как указал окружной суд, вправе участвовать в управлении делами общества ООО Б. и не лишен возможности в установленном корпоративным законом порядке инициировать рассмотрение вопроса о внесении изменений в устав данного общества (в раздел о порядке принятия решений общим собранием его участников). Он также может обратиться в суд с заявлением об исключении второго участника из общества. 

Верховный Суд РФ отменил постановление cуда округа полностью, оставив таким образом в силе судебные акты судов первой и апелляционной инстанции, и отменил судебные акты судов первой и апелляционной инстанции в части оставления без рассмотрения заявления арбитражного управляющего ООО А. о признании недействительным договора аренды, в этой части отправил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Ключевыми в данном деле являются противоречивые позиции по двум принципиальным вопросам.

Первый вопрос относится к определению стоимости доли в уставном капитале объемом корпоративных прав, предоставлямых собственнику доли.

Так, АС Поволжского округа считает, что порядок определения числа голосов участников общества на собрании, установленный участниками ООО Б. не противоречит нормам действующего законодательства, в любом случае, он определяется участниками при учреждении общества или путем внесения в устав общества изменений по решению общего собрания участников общества.
Вопросы принятия решений участниками общества не могут выступать критерием равноценности (неравноценности) встречного исполнения, поскольку не затрагивают имущественное положение должника и подлежат регулированию специальными законами об обществах с ограниченной ответственностью.
При этом должник не лишен права в установленном законом порядке инициировать внесение изменений в устав общества в раздел порядка принятия решений, не лишен права участвовать в управлении делами общества, в том числе ставить вопрос об исключении участника из общества в судебном порядке в случае грубого нарушения последним своих обязанностей либо своими действиями (бездействием) делающим невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняющим.
Следовательно, передача имущества в качестве вклада в уставный капитал ООО Б. не свидетельствует об уменьшении активов ООО А., так как происходит не уменьшение, а замещение одних активов другими, оспариваемая сделка не является безвозмездной.

Иными словами, суд округа, отказывая в удовлетворении требований о признании сделки по внесению в уставный капитал недвижимого имущества, отдаёт приоритет принципу автономии воли, одновременно с этим указывая, что у ООО А. есть и другие способы защиты прав на случай их нарушения.

С другой стороны, Верховный Суд РФ вслед за судами первой и апелляционной инстанции отмечает, что так как ООО А. без согласия гражданина Т. не имеет реальной возможности сменить директора, внести какие-либо изменения в устав ООО Б., принять решение о распределении чистой прибыли общества и реализовать другие корпоративные права, его права уже нарушены, ведь преимущества мажоритарного участника по сравнению с миноритарным нивелированы.
"Любой разумный инвестор за такую мажоритарную долю не заплатит цену, сопоставимую со стоимостью недвижимости, которая отошла обществу ... по спорной сделки," - утверждает Верховный Суд РФ.
Из изложенного Верховный Суд РФ сделал вывод, что суды первой и апелляционной инстанций правильно дали квалификацию сделке по внесению имущества в ООО Б. как сделке, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В целом, в условиях банкротства ООО А. и аффилированности ООО А. и гражданина Т.  позиция, занятая Верховным Судом РФ, представляется правильной. Но, конечно, о её универсальном применении не может быть и речи.

 

Второй вопрос, вызывающий интерес, связан с оспариванием в рамках процедуры банкротства материнской компании договора аренды, заключённого дочерним обществом (ООО Б.) с третьим лицом (ООО В.)

Арбитражный управляющий, заявляя указанное требование, ссылался на то, что договор аренды был заключен в целях создания препятствий к восстановлению фактического владения имуществом на случай вынесения судебного решения о недействительности сделки по внесению имущества в уставный капитал ООО Б.

Суды первой и апелляционной инстанции, а также суд округа оставили требование арбитражного управляющего об оспаривании договора аренды без рассмотрения.
Принимая такое решение, в мотивировочной части они ссылались на п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, содержащий открытый перечень сделок, совершенных не должником, а другими лицами за счет должника, которые могут быть оспорены.
При этом аргументация судов сводится к тому, что оспариваемый договор аренды не относится к сделкам, совершенным за счет должника, указанным в п. 2 Постановления.

В этом плане логика судов не совсем понятна, ведь п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве, равно как и п. 2 указанного Постановления не содержат исчерпывающего перечня сделок, которые могут быть оспорены, на что Верховный Суд РФ уже неоднократно указывал (См., например, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2018 N 305-ЭС17-17342 по делу N А41-86889/2015; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.01.2019 N 305-ЭС16-6318(9) по делу N А40-171885/2014 и др.).

В связи с изложенным вполне ожидаемо, что Верховный Суд РФ прислушался к доводам арбитражного управляющего и указал на необходимость рассмотрения заявления арбитражного управляющего в соответствующей части по существу.

Остаётся только ждать, что скажут суды, разрешая указанное требование по существу.

Подробнее на: https://zakon.ru/blog/2019/11/12/stoimost_doli_opredelyaetsya_obemom_korporativnyh_prav_a_sdelki_dochernego_obschestva_mozhno_osporit